Доброволец из Кумертау рассказал об участии в СВО, своей мотивации, настроениях бойцов и впечатлениях от разрушенных населённых пунктов

Мужчине сейчас 36 лет, срочную службу он проходил в воинской части, что базируется в селе Тоцкое-2 Оренбургской области, служил связистом. Принимал участие в грузино-абхазском конфликте в 2008 году, имеет боевой опыт. Сейчас он проходит службу в добровольческом батальоне имени Минигали Шаймуратова.

– Марат, как сформировалось ваше решение отправиться на СВО?

– Ещё в 2014 году больно было наблюдать за всем этим: что русскоязычное население притесняют, унижают, уничтожают нашу память, героизируют нацистов. Тогда был моложе, наблюдал за ситуацией, как говорится, перед телевизором. Очень переживал за моих соотечественников. Уже позже, когда началась спецоперация, я понял, что самым правильным решением было бы поучаствовать и принести пользу нашим. Реализовать свои знания, возможности и умения, а в конечном итоге постараться приблизить победу. Сделать какой-то свой вклад в общее дело – это важно. От каждого если хоть понемногу будет помощь, то и успехи на фронте непременно будут, уверен в этом. В общем, добровольно пришёл в военкомат, сам. Перед этим всё обсудил с женой, родными и друзьями. Они все, конечно, волновались, но в целом меня поддержали. Это мой осознанный выбор, и я об этом не жалею, как бы ни было трудно. Хочу сказать ещё, что лучше поедем туда мы, взрослые, опытные люди, чем потом нашим мальчишкам придётся воевать с националистами здесь, у нас дома. Чтобы они не пришли сюда, лучше дать им бой там. Да и молодёжь пусть учится, работает, а мы за них повоюем.

– Насколько пригодились навыки, полученные в ходе срочной службы?

– С нами, конечно же, проводилось обучение, но я человек в этом деле опытный, поэтому, в принципе, всё было знакомо. Я попал в связь. Молодёжь, конечно, учили азбуке Морзе, принципам работы на аппаратуре, у нас были занятия и по стрельбе, учили взаимодействовать с другими подразделениями. Моя главная задача − вовремя и точно передать приказ командования на передовую. Ответственность большая, поскольку от действий связистов зачастую зависит исход боя. Поэтому не было такого, что мы просто сидели в казарме, бездельничали или маршировали. Нет, обучали нас хорошо. У нас и командиры, и бойцы – люди мотивированные, мы чётко знаем, зачем и за что воюем. Все люди взрослые, у многих за плечами Грузия, Сирия, Чечня. Поэтому у нас чтобы картошку копать или заборы красить вместо учений – такого не было. Всё серьёзно.

– В чём лично для вас преимущество службы добровольцем?

– Да, тут хочу сказать, что правильно я сделал, что не стал дожидаться мобилизации. Решение об участии в мобилизации лишало меня права выбора подразделения, лишало выбора должности, и это влияло плохо на меня психологически. Я будто бы снова шёл на срочную службу, не мог решать сам, куда я хочу попасть, а отдавать свою судьбу в чужие руки, заниматься тем, чего не умею, мне не очень хотелось. Я решил, что лучше потрачу ещё месяц, соберу документы, зато буду служить вместе со своими ребятами, земляками-добровольцами. Буду воевать так, как учили в армии.

Важный момент ещё такой, что доброволец – это не просто человек, оторванный от государства, это не солдат удачи. Фактически добровольцев, в прежнем понимании этого слова, нет, все работают в структуре минобороны РФ, везде люди заключают контракт, везде одинаковые гарантии и социальные выплаты.

– Где вы живёте, как обустроен быт?

– У нас свой палаточный лагерь. Налажен быт, есть электричество, еда, хорошая полевая кухня, подвозят регулярно воду. Есть люди, которые отвечают за еду, налаживание комфорта, построение туалетов. Спиртное, неуставные отношения, дезертирство – такого у нас нет и быть не может. Всё строго, да и республиканский батальон у нас спаянный, все понимают друг друга с полуслова. Боевое братство, можно сказать.

– Как проходят ваши боевые будни?

– Помимо обычной работы и выхода на задачу, поиска противника, это жизнь окопная. Жизнь эта очень простая, совсем не та, что показывают в видеороликах в соцсетях. Нет, героизму у нас в подразделении тоже есть место, но в целом СВО – это незрелищный боевик и не бравая картинка. Чаще всего ты не на передовой. Устраиваешь быт так, чтобы был какой-никакой комфорт, чтобы была возможность легче переносить окружающую местность, а в идеале – чтобы пространство не пришлось сильно маскировать. То есть мы не сидим на месте, постоянно передвигаемся, делаем укреплённые места, приходится делать и ложные места, это чтобы по нам снайперы или артиллерия не смогли ударить в ответ. Конечно, занимаемся и хозяйственной частью, готовим пищу, обустраиваем помывку и так далее.

– Марат, какие впечатления остались у вас от поездки по бывшим территориям Украины?

— Если честно, тяжелые впечатления. Видно, что территории в целом не развивались, сёла и деревни захолустные, инфраструктура на нуле. Видно, что никогда помощи от государства у украинцев не было, их только кормили пропагандой все эти годы. Ощущение, будто оказался в России эпохи диких 90-х. Если сравнивать даже с Уфой и в целом посмотреть на украинские города, то у нас здесь идёт строительство жилищных, социальных объектов, а там его нет, всё построено ещё в советское время и ничего не обновлялось. При этом националисты ругают нас, россиян, и кричат о декоммунизации. При этом не стесняются пользоваться этим же самым советским, коммунистическим наследием до сих пор.

– Какие в целом настроения у наших военнослужащих?

– Общались и с добровольцами из других подразделений, и с мобилизованными ребятами, у всех настроение приподнятое, боевое. Я лично не видел людей с подавленным настроением. Все понимают, куда они попали, что от них требуется, какая стоит задача.

– Что бы вы хотели передать будущим контрактникам?

– Если есть зов совести, если сердце подсказывает, то надо этому следовать. Главное – быть неравнодушным, не смотреть на деньги, а воевать по совести: за детей, за стариков, за земляков своих. Когда есть мотивация и уверенность в своём правом деле, то ни трусости не будет, ни предательства. Да, в общем, у нас в армии, на мой взгляд, ребята действительно небезразличные к происходящему, потому есть и успехи, есть и подвиги. Все наши удачи в СВО идут только от мужества и героизма российского солдата и от офицерского корпуса на местах. В любом случае, пугаться не нужно. Страшно и непонятно только до той поры, пока сам в батальоне не окажешься. Всё будет хорошо, победа будет за нами! Это точно. У нас на сегодняшний момент другого выбора нет, кроме как победить в этой войне.