Ликвидатор аварии на ЧАЭС из Башкирии рассказал как это было 40 лет назад

В мае 1986 года он явился по призыву в военкомат и отправился в Чернобыль. Тогда, в самом начале, было непонятно, какую задачу придётся выполнять, и только после того, как добрались до места, стало ясно – работа опасная.

– Не скажу, что было страшно. Там так же ходишь, всё, как обычно. Эта опасность – невидимая, поэтому её не чувствуешь, а только осознаёшь, – скромно рассказывает Риф Абдуллович. 

Разместили ликвидаторов в 70 километрах от Припяти. В Прикарпатском военном округе они жили, как солдаты: ходили в военной форме, спали на двухъярусных кроватях в палатках, на ликвидацию последствий ездили каждый день на военных автомобилях.

– А когда приезжали на место аварии, переодевались в специально оборудованных помещениях со шкафчиками, как в детском саду. Солдатское обмундирование снимали, а вместо него нам выдавали новую белую спецодежду, очень тяжёлый свинцовый фартук и обязательно дозиметр, – говорит Риф Абдуллович.

Взвод из 15-16 человек распределяли по разным местам для выполнения определённых задач. Риф Абдрахманов вспоминает, как они с товарищами спускались на специализированном лифте вниз, в цеха с оборудованием, и тщательно мыли все поверхности и технику раствором особого назначения – для удаления радиоактивных частиц.

Один такой «заход» на смертельно опасную территорию длился максимум 15 минут, ведь доза радиации превышала все допустимые нормы. Специальные костюмы были одноразовыми – их снимали сразу после выхода, собирали в мешки и утилизировали. А чтобы полностью избавиться от внешнего радиоактивного излучения, которое попадало на кожу, несмотря на средства защиты, приходилось мыться по три часа.

– Моешься, моешься, а потом через рамку проходишь, и сигнализация всё равно горит красным. То есть радиация на людях всё равно оставалась, – рассказывает мужчина.

После рабочей смены ликвидаторы направлялись к назначенному месту, где уже ждал транспорт. Срок службы техники тоже был строго ограничен – на одном автомобиле совершалось не больше пяти поездок, потом – утилизация.

В конце августа 1986 года Риф Абдрахманов вернулся домой. Несмотря на неизбежные последствия такой опасной для здоровья работы, он добросовестно трудился все эти годы. Много лет мужчина работал пескослепщиком на КумАПП, где его фотография висела на доске почета, а затем – электромехаником на почте, где также пользовался заслуженным уважением коллег.

Уже 35 лет он живёт в счастливом браке с Минигуль Габдуловной. Супруга стала для Рифа Абдулловича бесценной опорой в трудные минуты и верным другом, с которым можно разделить радостные моменты жизни.

– Я сама не унываю и ему не даю. Мы ездим на рыбалку, часто выезжаем на природу. Я ему сразу сказала: «Я тебе умереть не дам!». Он за всю жизнь не пил, не курил, слова плохого мне не сказал, в огороде всегда помогал, пока здоровье позволяло, мне очень повезло в жизни, – говорит Минигуль Габдуловна.

Супруги с большой благодарностью и признательностью отзываются о председателе общественной организации «Союз «Чернобыль» в городе Кумертау Владимире Маркове. Он проявляет искреннюю заботу: регулярно звонит, чтобы узнать о самочувствии, и навещает в больнице, оказывая не только организационную, но и человеческую поддержку.

А плановый медицинский осмотр, который ежегодно проходят все ликвидаторы аварии на Чернобыльской АЭС, в этом году оказался особенно тщательным, и благодаря прописанному лечению здоровье героя-чернобыльца заметно улучшилось. Теперь Риф Абдуллович с ещё большим воодушевлением ждёт долгожданной встречи с любимыми дочкой и внучками, которые души не чают в родном дедушке: для них он – источник доброты, заботы и бесконечной любви.