Мировой суд в Кумертау: 25 лет возрождения

Первые мировые суды в России были созданы ещё в 1864 году при Александре II, обнародовавшем утверждённые им «Судебные уставы». Но после упразднения царской судебной системы Декретом о суде 24 ноября 1917 года институт мировых судей был возрождён лишь спустя 80 лет – с принятием 17 декабря 1998 года Федерального закона «О мировых судьях в Российской Федерации». В Башкортостане соответствующий закон был принят 31 июля 1998 года.

С 2000 года в регионах России начали формировать судебные участки и назначать первых мировых судей. В Кумертау они появились в 2001 году. Сегодня в городе работают четыре судебных участка, расположенные на третьем и четвертом этаже дома № 4а по улице К. Маркса. Один судебный участок действует в Куюргазинском районе РБ.

Для старшего мирового судьи Кумертау и Куюргазинского района Гузель Латыповой юбилей мировой юстиции совпал с личным: в августе 2026 года исполнилось 30 лет её работы в юридической сфере. С марта 2009 года она возглавляет судебный участок № 1. Мы поговорили с Гузель Фанисовной о том, как создавалась мировая юстиция и что изменилось за четверть века.

С чего всё начиналось

– Гузель Фанисовна, каким был мировой суд Кумертау в 2001 году?

– Сначала было три судебных участка, расположенных в цокольном этаже жилого дома № 6 по улице Дзержинского. Первыми мировыми судьями стали Луиза Анисовна Газимуллина, Рашит Ишмурзович Валитов и Лина Габдрауфовна Гибадуллина.

Позже все они ушли из мировой юстиции: Луиза Газимуллина стала федеральным судьёй Кумертауского межрайонного суда, Лина Гибадуллина — судьёй Куюргазинского районного суда, председателем Куюргазинского районного суда, а затем судьей Верховного суда Республики Башкортостан, после чего ушла в почетную отставку. Рашит Валитов работал в Кумертау до почётной отставки. Он единственный ветеран, ушедший в отставку непосредственно с участка № 2. Мы поддерживаем связь, навещаем и поздравляем его с праздниками.

Также в 2001 году начал работу и судебный участок по Куюргазинскому району. Его первым мировым судьёй стал Амир Шакирович Валитов. Городские и районные судьи всегда тесно взаимодействуют: дела и их участники территориально связаны, поэтому рабочие вопросы решаются совместно, проводятся общие совещания.

В 2008 году из-за большой нагрузки в Кумертау появился четвёртый участок, куда назначили Ульяну Юрьевну Гаврилову. Сегодня на четырёх участках работают 17 человек: судьи, помощники, секретари судебных заседаний, секретари аппарата и заведующий канцелярией. Самый большой стаж работы в нашем мировом суде – 20 лет – у помощника судьи участка № 3 Анны Анатольевны Сысловой.

– Каким был ваш собственный путь к судейской профессии?

– Я родилась в Кумертау, окончила школу № 10 и юридический факультет Башкирского государственного университета. В 1996 году вернулась в город с мужем и маленьким сыном. 12 лет работала в адвокатском бюро «Юстас»: сначала стажёром, затем адвокатом.

На выбор профессии повлиял отец – Фанис Рахимович Махмутов, сотрудник милиции, впоследствии подполковник в отставке. В школе я представляла себя учителем, но в начале 90-х юридическая профессия стала особенно востребованной, отсюда и интерес к праву.

Каждый юрист желает стать судьёй

К нынешней должности Гузель Фанисовна шла несколько лет. Первый квалификационный экзамен сдала в 2004 году, а в марте 2009 года Государственное Собрание – Курултай Республики Башкортостан избрало её мировым судьёй.

– Помните свой первый рабочий день?

– Очень хорошо. Было страшно: боялась ошибиться, что-то не учесть, принять неправильное решение. Большой поддержкой стала помощник судьи Ольга Николаевна Алёхина. Мы работали вместе с 2009 по 2016 год, затем она сама стала федеральным судьёй. Еще несколько наших сотрудников аппарата, получив опыт, сдали квалификационные экзамены и стали как мировыми, так и федеральными судьями.

– Что оказалось самым непривычным после адвокатской работы?

– Должность судьи накладывает особую ответственность. Нужно контролировать себя: каждое слово судьи имеет значение. Если адвокат вправе открыто говорить, какую сторону поддерживает, то судья слушает всех, изучает доказательства, а мнение выражает только в решении, основанном на законе.

– Часто мировой суд воспринимают как «маленький суд», где рассматриваются не самые серьёзные дела. Насколько это справедливо?

– Я всегда говорю: нет мелких дел. Да, суммы исков и тяжесть наказания у нас небольшие, но значимость каждого дела велика. Самая большая категория гражданских исков – долги: кредиты, микрозаймы, расписки, задолженность за ЖКУ. Многие рассматриваются в приказном порядке. Бывает, что за год у человека накапливается десять, а то и двадцать решений о взыскании – для него это серьёзная жизненная проблема.

Много дел о защите прав потребителей. Незначительный бытовой спор может оказаться не таким уж простым. Например, дело о матрасе стоимостью 27 тысяч рублей дошло до кассации в Верховном суде.

Хочется развенчать «миф» о том, что мировой суд не рассматривает уголовные дела – рассматривает, в пределах установленной подсудности. Это угрозы убийством, причинение лёгкого и среднего вреда здоровью, отдельные случаи кражи, мошенничества. Правда, таких дел сегодня стало меньше.

А вот административных дел, особенно связанных с пьяным вождением, по-прежнему много. Граждане, уже совершавшие подобные правонарушения, легко могут оказаться на скамье подсудимых за более тяжкое преступление, если продолжат садиться за руль в пьяном виде.

–Суд назначает законное наказание, почему же он называется мировым?

– Исторически задача мирового судьи была не только вынести решение или назначить наказание, но и склонить людей к миру. Поэтому и сегодня, если возможно, мы предлагаем сторонам компромисс и мировое соглашение.

Когда судья становится психологом

– Есть дело, которое вы помните не из-за юридической сложности, а именно из-за человеческой истории?

– Таких дел множество, но одно семейное дело особенно запомнилось. Молодая пара, около тридцати лет, детей не было. Жена хотела больше встреч с подругами, походов в клубы, а муж был верующим и не признавал светских праздников.

Особенно её обидело, что он не поздравил её с 8 Марта. Муж объяснял, что он работает, не пьёт, встречает её после работы, ничего ей не запрещает и готов дарить подарки в любой другой день. Мы поговорили с супругами о разности взглядов и о том важном, что когда-то объединило их. В итоге женщина передумала разводиться и забрала заявление.

Многие семейные конфликты возникают от того, что люди перестают разговаривать и слышать друг друга. Мы предлагаем услуги медиации, но пары редко пользуются такой возможностью. Поэтому иногда психологами приходится быть нам. Встретившись в суде, супруги, наконец, высказывают всё, что накопилось. А мы напоминаем им, что жить в семье – это ежедневный совместный труд.

Истории, которые не забыть

– Всегда ли вам легко оставлять чужие истории за порогом суда?

– Нет, как ни старайся, каждое дело пропускаешь через себя. Дома помогают переключиться сад, цветы, теплица... Хожу на фитнес два-три раза в неделю, зимой катаюсь на горных лыжах. Это и отдушина, и способ держать себя в форме.

От рабочих тем не всегда удаётся отвлечься ещё и потому, что муж, Радик Рабисович Латыпов, тоже всю жизнь работал в правоохранительной сфере – участковым и следователем. В нашей семье вообще много юристов: два брата, сын. Мама шутит, что когда собираемся за столом, снова начинается «оперативка».

Некоторые дела невозможно забыть. Например, дело о пьяном вождении. Я лишила водителя права управления, он собирался обжаловать решение. На следующий день адвокат сообщил, что обжалования не будет: мужчина снова сел за руль пьяным, попал в аварию и погиб. Погибла и семья во встречной машине.

Вот такие истории отрезвляют: нарушение может казаться незначительным, но последствия бывают необратимыми.

Закон един для всех

– А бывает, что ответчика по-человечески жалко, но решение всё равно приходится принимать не в его пользу?

– Конечно. Все равны перед законом. Недавно рассматривала дело об обгоне с выездом на встречную полосу. Нарушитель – инвалид первой группы, передвигается на коляске, у него двое детей. Он просил освободить его от наказания. Я понимала его обстоятельства, сочувствовала, но видеозапись ясно показывала нарушение. Пришлось назначить штраф.

– Как вы считаете, что должен чувствовать истец или ответчик, выйдя из зала суда, даже если решение оказалось для него неблагоприятным?

– Человек должен выйти из зала с пониманием, что суд был справедливым и руководствовался законом, а не личным отношением, симпатией или антипатией.

Вперёд на «машине времени»

– В 2001 году документооборот был в основном бумажным, появились лишь первые компьютеры. Применяемые сегодня цифровые технологии значительно облегчили вам работу?

– Намного облегчили. Когда я пришла в 2009 году, ещё не было системы АМИРС (автоматический модуль интеграции с участками мировых судей) – она появилась в 2011-м. Затем появились аудио- и видеозапись, электронное взаимодействие с приставами, возможность направлять исполнительные документы и запросы в МВД,

Росреестр, налоговую и другие органы в электронном виде. Это быстрее и удобнее, но полностью уйти от бумаги пока не получается. Если система не работает, возвращаемся к Почте России.

– Как вы представляете себе мировую юстицию еще спустя 25 лет?

– Через четверть века технологии, вероятно, будут ещё более развитыми. Сейчас, например, запрос в банк иногда приходится отправлять в Москву на бумаге и ждать месяц. Если технологии позволят получать нужную информацию быстрее, это будет большим подспорьем.

Профессия обязывает

За 17 лет на одном участке Гузель Фанисовна узнала многих участников процессов не только по материалам дел. В небольшом городе люди встречаются на улице, здороваются, шутят. «Стараюсь общаться с участниками рассмотренных дел не с высоты должности, а просто по-человечески», – говорит она.

Главное правило, вынесенное из почти трёх десятилетий работы: «В любой непонятной ситуации нужно думать с точки зрения закона». Своим троим детям она всегда объясняла: расти в семье судьи и следователя – не привилегия, а дополнительная ответственность. Нельзя нарушать закон, рассчитывая на родительскую профессию.

Неудивительно, что старший сын Вильдан тоже выбрал юридическую сферу, сейчас работает помощником судьи арбитражного суда в Уфе. Дочь Зарина стала врачом-педиатром, младшая Наргиза пока учится в школе.

Как судья, жена, мама и жительница родного города, Гузель Латыпова уверена: закон должен быть единым для всех, но за каждой его строчкой нужно не забывать видеть человека.

Фото автора