Сыновья уходят в бой

Матерям остается только уповать на Небеса, чтобы их сыны вернулись домой живыми и здоровыми. И что творится в материнском сердце, когда ее родная кровинушка где-то там, знает только она.

– Как только началась мобилизация, он мне с работы позвонил и сказал: «Если будет повестка, сразу дай знать!» и уже тогда поняла, что он намерен служить, – рассказала нам мама солдата, с которой мы встретились. – Что бы я ему ни говорила, это было бесполезно, он стоял на своем. И каждый раз, вынимая газеты из почтового ящика, сердце замирало в ожидании повестки.

Шло время, но повестки не было. Приехал сын с вахты. Уже очно разговаривала с ним на эту тему, чтобы выкинул эту идею из головы, в ответ он только улыбался мне: «Ладно, мам, хорошо, я понял. Раз повестки нет, значит, пока там не нужен». Тогда я успокоилась. Он снова уехал на работу. И вдруг звонок: «Мам, даже ничего не говори, я ухожу добровольцем!».

Как? Зачем? Если не думаешь о себе, подумай обо мне! Что только ни говорила, чтобы отговорить… С детства был упрямым, раз сказал – значит, сделает!

«Все наши пацаны там, – говорил сын мне по телефону. – Пожалуйста, не отговаривай!» И мне осталось только поддержать его.

Провожая сына в Уфе, держалась, старалась не плакать, помню только, как дрожали мои руки в его руках, когда прощались. Слова их командира привели тогда меня в чувство: «Не смейте даже плакать! Вы должны ими гордиться! Спасибо вам, что воспитали смелых и отважных мужчин! Я их всех привезу домой живыми и здоровыми! Молитесь, и ваши слова будут для них самой настоящей защитой». И тогда я вспомнила, что приготовила для сына оберег, совсем вылетело из головы, и разве можно что-то упомнить, в голове тогда было какое-то непонятное помутнение, всё смешалось. Попросила его надеть свой полумесяц, но он отказался – сказал, что у каждого вера должна быть в сердце.

Теперь у меня нет ни дня, чтобы не молилась, – и утром, и днем, и ночью, каждый день, каждую минуту и секунду. Сажусь есть, думаю, как же он там, не голодает ли, ложась спать, думаю, не холодно ли ему.
Сыновья с мамами обычно скупы на чувства. Знаю, что любит, но не проявляет. Даже когда выходит на связь, говорю в основном я. У него всегда один ответ: «Всё нормально. Не переживай».

На днях по радио услышала песню «И молиться не учи меня. Не надо! К старому возврата больше нет. Ты одна мне помощь и отрада. Ты одна мне несказанный свет...». Казалось, не песню я слушала, а как сын со мной разговаривает...

Сейчас мама солдата помогает тем, кто находится на СВО. Дом у нее пестрит клубками ниток – вяжет носки и перчатки.

– Мне даже так легче, и дни быстрее проходят, – продолжает рассказывать она. – Сижу потихоньку, вяжу и приговариваю, чтобы скорее наступил мир на земле и чтобы каждая мать смогла обнять сына».

Молитва матери – это честность, смирение и вера. Пути Господни неисповедимы. Только мать помнит о своем высоком родительском долге и силе своей веры. Пусть скорее Россия добьется поставленных целей и вернутся наши солдаты домой живыми и здоровыми!