Студент Кумертауского филиала ОГУ Егор Нестрогаев планирует стать военным летчиком

Учится молодой человек на третьем курсе по специальности «Ремонт двигателей автомобиля». В колледже и в целом в филиале Егора знают как доброго открытого парня, активиста различных университетских мероприятий, одного из солистов русского народного ансамбля и в целом творческую личность. Но мечтает он стать военным летчиком.

И к воплощению своей сокровенной цели Егор движется устремленно и сосредоточенно. Уже четыре года он занимается в авиатехническом спортивном клубе – на его счету порядка 30 прыжков с парашютом.
– Это только учебно-тренировочные прыжки, – поясняет Егор в разговоре. – Для того чтобы начать спортивную карьеру, нужно сделать минимум 60 прыжков.

Так что в небо Егор пока выходит на круглом куполе. Срабатывает данный тип парашюта через несколько секунд после прыжка – его вытягивает трос, зацепленный карабином непосредственно в самолете. Далее начинающие аэроспортсмены учатся падать и ловить воздушные потоки. И только когда падение будет стабильным, а небесная стихия станет покорной, как котенок или добрый и влюбленный в своего хозяина слон, только тогда тебе будет позволено заявить о себе в парашютном спорте.

Но Егор не задается вопросом: «А вдруг не получится?» Он просто живет своей мечтой! И жить мечтой в его понимании – это не просто сидеть и грезить о том, как будет здорово, если все произойдет, как ты хочешь, а действовать, делать и кайфовать от процесса, от каждого даже пустякового момента, подвигающего тебя хоть на чуть-чуть вперед.

Не изменил парень намеченной траектории, даже когда с ним приключился вполне себе пугающий случай. Буквально на втором прыжке у Егора не раскрылся парашют!

Да, есть запаска… Но для несведущих поясню – она не гарант спасения. Если в первые секунды падения в точности не соблюсти инструкцию и, к примеру, не убедившись в том, что основной купол благополучно раскрылся, поторопиться выдернуть специальный тросик, то все – пиши пропало. А не поддаться панике, когда ты летишь в бездну со скоростью пули и не понимаешь, где верх, где низ, весьма сложно. Говорю вам, как человек, который в свое время тоже прошел школу АТСК.

– У нас очень хорошие и именитые инструктора – мастер парашютного спорта, летчик первого класса Владимир Петрович Барсуков и чемпион мира Евгения Юрьевна Торгашева, – с гордостью констатирует Егор Нестрогаев. – У них на двоих более десяти тысяч прыжков с парашютом и они знают о безопасности в воздухе все. С ними мы ничего не боимся.

– Чтобы стать летчиком, да еще военным, мало уметь прыгать с парашютом. Там, знаешь, какие требования? Ты должен быть идеальным снаружи и внутри! – замечаю я.

– Знаю, – откликается он. – И над своим соответствием я дополнительно работаю. У меня, кроме занятий в АТСК, три дня в неделю по три часа с половиной – тренировки в военно-патриотическом десантно-штурмовом клубе. Проходим там физическую и тактическую подготовку, изучаем техники рукопашного боя, учимся оказывать медицинскую помощь, строить переправы, ориентироваться и действовать в условиях горной местности. Плюс в сети я изучаю топографические методы и способы, используемые в военном деле, историю, читаю про известных летчиков и военных…

В том, что специальность, которую молодой человек получает сейчас в Кумертауском филиале ОГУ, кажется, совсем не связана с небом, Егор тоже видит сопутствующие мечте обстоятельства.

– Двигатель автомобиля, конечно, не похож на те, что используются в самолетах: у первых в основном поршневые двигатели, у вторых – газотурбинные или реактивные, – рассуждает он. – Но и там и там работают одни и те же законы физики, да и особое конструкторское зрение тренируется, когда разбираешь и собираешь механизмы, изучаешь чертежи и схемы…

После колледжа Егор планирует, как и положено настоящему мужчине, отправиться на срочную службу в армию, а потом будет поступать в военное летное училище.

– Уже наметил, какое? – спрашиваю я.

– Да, но пока это секрет, – улыбаясь гагаринской белоснежной улыбкой, отвечает мой собеседник. – Как поступлю, сообщу.